Category: фантастика

Category was added automatically. Read all entries about "фантастика".

Албанский променад. Бират.




Бират - жемчужина южной Албании, узкими дорогами, ближе  к Греции.Турецкий стиль старых белых домов, горная речка, покой и дружелюбие. Но, пожалуй, больше всего меня неожиданно тронуло, всколыхнув, то, что я здесь увидел под вечер.Это не сравнить с Парижем, где повернув стулья к тротуару и загазованному от машин бульвару, в открытых кафе сидят сотни мужчин и женщин, Сидят и глазеют на проходящих Каждый - сам по себе.Как и прохожие. Или с курортными городами мира, где вечером, тоже народ, стягивается на набережную, пьет кофе, гуляет и смотрит. Типа, дышит морским воздухом. Отдыхает. В Бирате что-то другое, теплое и настоящее.
Правда, въехав в Албанию по проселочной дороге из Черногории, я испытал буквально шок, выскочив затем в довольно большой город Шкодер. Дорога вдруг превратилась в широкую улицу, полностью заполненную гуляющими людьми и ... без работающих светофоров. Я тогда,медленно- медленно, пропуская, со страху и не понял - что это? В Бирате всё встало на свои места.
Когда-то в нашем военном городке, процветающем и ухоженном, ныне разрушенном и раскраденном, летом, в выходные, буквально все выходили гулять к Дому офицеров, к центровке.  Одевались, женщины прихорашивались и прогуливались. Разговаривая и осматривая друг-друга. Это было провинциально мило, но мне, по школьной юности, казалось смешным.Но теперь, в Бирате...
К вечеру триста метров « кафушной» центральной улочки стала « пешеходной». Толпа, спустившись с  возвышенностей города, колыхаясь, волнами, шла то в одну сторону, то обратно. Люди останавливались, говорили ни о чем, сплетничали,смотрели друг на друга...Я почувствовал в чем разница с нынешними «пешеходками» городов или их бульварами. Здесь они не были ни праздной толпой, ни сами по себе внутри её. Здесь эти человеческие теплые волны, где все знают друг друга и всё о каждом, были общиной, единым городом. Я снимал их на камеру радостно, тем более, что албанцы  - люди с достоинством и   самоуважением. Они никогда не подойдут и не спросят - а зачем  ты это снимаешь? Или, тем более - а почему ты снимаешь меня?
Жаль, что в этой стране пора еще серьезный языковой барьер для общения. Албанских славянских соседей, в целом,  понимаешь и так. Можно разговаривать. А я бы хотел не просто рядом с ними попить кофе, но  расспросить - как да что?
Иначе, это не страна, где ты был, а зримое повторение написанного в десятках путеводителей. Чтобы потом их же пересказывать своими словами. Тогда зачем ехать? Можно и  на видео посмотреть -  ноги в тазике с теплой водой.
Странно, но этот « биратский променад» стал для меня одним из самых сильных впечатлений об этой стране и ее людях. Безусловно, у них непростая  жизнь. А где « простая»? А, если это провинциальность, то она, как вдруг оказывается,общительна и вполне комфортна.
Как крестьянин  на допотопной машине, у которого я спросил, потерявшись, нужное направление. Он долго не понимал, но  потом « вел» за собой километров двадцать, согласился выпить " чего-нибудь" в ресторанчике на трассе, настоятельно приглашал куда-то в другую сторону к себе в дом « на арбузы» и которого я еле уговорил разрешить заплатить за его кофе...
.

Партизан

Чтобы воевать с фашистами на той страшной войне, он поначалу выбил глаз офицеру НКВД. А затем командовал партизанской бригадой, чтобы после Победы попасть в сталинский лагерь на Колыме. В минуты смертельной опасности, он оказывался  решительным и отчаянным. И не объяснялся с теми, кому бессмысленно что-либо объяснять. Потому и выжил.   

Но об этом почти никому не рассказывал. Незачем, да и некому.  Людям  и власти нужны мифы. Так красивее  для одних и понятней, на  палитре серого, для других.  А за правду, как раз, проще всего показаться лжецом. И оказаться. Кому она нужна, голая до безобразия? 
Он был известным человеком в Беларуси. И, как командир партизанской бригады, и как врач- профессор. Так о нем написано для всеобщего пользования.
И я бы, признаться, не обратил на него внимания: воевал с нацистами, как все нормальные люди, жил  когда-то, хорошо работал, лечил людей, замечательная карьера, по восходящей. Биография. Складная и благополучная.
Если бы  не его судьба, которая и делает правду по- настоящему  возвышенной именно в силу  её приземленности. 

О судьбе этого человека мне рассказал его бывший сосед, с которым они  подружились и не раз  разговаривали по душам. Сосед, тоже медик, тогда был молодым перспективным начальником. И  одна из его подчиненнных, с  фамилией, схожей  с "Рабинович", как-то взяла подношение в виде  дорогой колбасы и дешевой благодарности.  Дали - она и взяла. Ей грозил позор, увольнение и возможно даже тюремный срок за взятку.  А так нельзя. Взятки в этом мире безнаказанно берут только те, кому положено. И не колбасой.
И вот тогда  к соседу позвонил живущий в этом же доме известный профессор.  - Ты что? - сказал он с порога - Партизанку, которая героически воевала в моем отряде всю войну из-за палки колбасы хочешь до тюрьмы довести? - Да я ничего, - устыдился сосед -  И работает она хорошо, и человек добрый. Поговорил бы и всё. Но с доносом принципиальных  граждан  и  их  колбасой - взяткой, что делать? Не я - прокурор решает. У него дело.
 - А кто прокурор? - спросил профессор и, услышав,  обрадовался.  - Это тоже мой товарищ по партизанской жизни. Сейчас позвоню ему.
И позвонил.  На встречу они поехали вместе. Прокурор своего бывшего командира не забыл, выслушал все, вздохнул, затем достал папку с «Делом» несчастной женщины с сакраментальной фамилией, которая для фронтовиков тогда не имела значения, вытряхнул спички и тут же, на глазах, сжег  её « на хрен». Прокурор прошел войну, а не логистику продвижения  пешек.
- Вот и все, -  сказал он - Нас и так мало осталось. А колбасу она теперь  никогда не возьмет в благодарность. От неблагодарных. Забыла, с кем живет...
Так профессор и подружился с соседом.  И у них   оказалась одна общая тайна.
А без тайн разве это жизнь? Так - биография.

Профессор сам вырос в семье бедняков. И таких  в стране когда-то  было большинство. Это сегодня, куда ни плюнь, все из дворян, богатых купцов или золотопогонных офицеров императорской гвардии. У плебеев свои представления об элите - сколько это стоит и как называется в табеле о рангах?   Профессор был  не из таких.
Из бедняцкой семьи закончил школу, поступил в медицинский институт и перед  войной его закончил. Но тут, 22 июня 1941 года, грянуло.

Чуть ли не первым на той войне санитарным поездом, назначенный наскоро его начальником, он повез  раненных на восток. Но далеко они не умчались. Уже под Барановичами, в первый или второй день войны, эшелон разбомбили вражеские самолеты. В ошметки.
Молоденькие медсестички в панике побежали подальше от поезда. А он - за ними, крича, что надо вернуться и нельзя бросать , пусть и расквашенный, состав.  И тут, неподалеку, на их еще одно  несчастье, оказался отряд войск НКВД.
 - Ты трус и паникер, - сказал ему майор, еще не видевший наступавшего врага в лицо, но знающий, как он выглядит по мирному времени -  Бросил свой поезд и удрал. Становись  у ямы, нечего и некогда здесь разбираться.

Именем кого надо,  майор тут же приговорил его к расстрелу. И всё бы для него здесь, в придорожном лесу и закончилось. Хотя немецкие танки  еще не подошли. Это после них и   отряды, и батальоны, и дивизии , и даже армии становились окруженцами. С общей судьбой.  Поначалу.  А тогда, услышав о приговоре, он  понял, что до Победы не доживет. Свои не дадут.  Но и  умирать в канаве  просто так, за здорово живешь, товарищ майор, тоже не хотелось.  Их, таких судей, по миру много  одинаковых. Только  униформа  и знаки  различия разные.
Он резко схватил лежащий под ногами песок, швырнул землю в глаза  стоящего рядом солдата с винтовкой и с размаха заехал кулаком в глаз майору. Со всей силы и злости. На всё происходяще.  А затем, не оглядываясь, рванул в кустарник и далее - в лес.
Пули вслед его не догнали. А наоборот, подгоняли все дальше. Вглубь и в сторону, от людей.
Collapse )

ПАССИВ

Сначала о главном. Главное в порядке...

Как и собирался, рванул на машине через Польшу, Австрию там, Словению - к Адриатическому морю. Выскочил  прямо на Риеку, уже в Хорватии. Внимание, за проезд по дорогам Словении  уже надо купить "марку"- " виньетку" на ветровое стекло.  36 евро. Вроде , никто не проверяет, но...
В первом же хорватском городке, куда спустился с горной дороги, нашел  прямо на пляже небольшой  отель со своей  открытой верандой  - в двадцати метрах от чистого голубого моря. Но прежде сел было выпить пива в открытом ресторанчике.
А тут по небольшой лестнице сверху мимо спускаются четверо  поляков. Корявые, как запорожцы и  громкие, как израильтяне. И один удивляется - Что здесь за странные люди?  Торговаться не хотят. Разве можно  предлагать комнату или что -то делать  - и не торговаться?  И как они так живут!

Действительно, как жить, не торгуясь?
Пришлось проверить. Оказалось, наверху сдают комнаты. Мне дали приличный номер, с холодильником,  чайником и кофеваркой всего  за 30 евро в сутки. На пару с собой.
Но почему платить за номер я должен за двоих, а как получать деньги за работу - так на одного?
Как тут, в этой жизни, не стать шизофреником?

Пришлось расслабиться. Продержался неделю. Больше не выдержал. Еще недавно  ловил бы приключения на свою, так называемую, голову. А  тут -  здоровый и безопасный отдых. Живи - не хочу.
Потому загорел, но не похудел. Брюшко осталось. Женщины говорят, что им нравится. Врут, наверное. Или берегут. Для себя.  В Индии еще недавно вдова становилсь отверженной в глазах соседей, родни и в собственном доме. Ей даже есть приходилось отдельно. А все потому, что  там считалось: если муж ушел из жизни раньше жены, то во всем виновата она. Не уберегла.

В отеле ( из трех номеров)   почти все время пустовали  две комнаты. Но хуже   моей - потому что  душ  и т.д.  у них  отдельно - через коридор. И вот, как-то в один день туда на ночь вселились хорваты  за... 10 евро. Это для “своих”.   И почти одновременно приехали на машине двое русских или украинцев. Пара зрелых  лет. Решительные, с хваткой в походке. За тот же номер, повторяю, с отдельными “ делами”, хозяин и взял с них...50 евро  за ночь. Не торгуясь, разумеется.
Почему русские обижаются, что их недооценивают на Западе? Очень даже ценят. 

Короче, хорошее море, чистая экология, погода, большой выбор комнат по вполне умеренным ценам,  полное блюдо - 7-8 евро, пиво- два, бензин -  чуть больше евро литр. 
Евро ходит параллельно с местной валютой, кунами. Сегодня считают  один  - к семи кунам. Но я даже и не менял. Чего мельтешить? Меняй - не меняй, всё равно одно и то же получается. Прямо, как власть . И те, кто при ней. Те же - только картинки и надписи разные.  Но деньги - лучше. Они даже, когда размениваются, своей реальной стоимости не меняют. У людей это не получается.

И все-таки, Господи, как хорошо дома...