Category: еда

Category was added automatically. Read all entries about "еда".

Тюрьма КГБ."Американка".

Внутренняя тюрьма КГБ. " Американка". Эксклюзив.
Ни до, ни после никто (эти кадры используют:), кроме меня, в этой тюрьме не снимал.
Давно было. Пробился. Во времена, когда инициатива журналиста была важнее работы официанта с камерой.
Но условия и правила здесь вряд ли принципиально сильно изменились.И все-таки, лучше конечно с камерой, чем в камере.
Хотя, если ты не конченный клоп и не законченная сволочь, не зарекайся. Нигде и никогда...

(no subject)

Женщин надо выгуливать из дома,хотя бы из чувства мужского самосохранения. Куда- подальше.
А для чего еще, кроме строительства своего дома, работать?
Старшую и самую младшую, нашу « шестую», вывез на море, на Солнечный берег. Хороший отель, милые ресторанчики, разная еда. Все довольны, а я, тем более. Можно жить, а это значит работать "в кайф" дальше…

Албанский променад. Бират.




Бират - жемчужина южной Албании, узкими дорогами, ближе  к Греции.Турецкий стиль старых белых домов, горная речка, покой и дружелюбие. Но, пожалуй, больше всего меня неожиданно тронуло, всколыхнув, то, что я здесь увидел под вечер.Это не сравнить с Парижем, где повернув стулья к тротуару и загазованному от машин бульвару, в открытых кафе сидят сотни мужчин и женщин, Сидят и глазеют на проходящих Каждый - сам по себе.Как и прохожие. Или с курортными городами мира, где вечером, тоже народ, стягивается на набережную, пьет кофе, гуляет и смотрит. Типа, дышит морским воздухом. Отдыхает. В Бирате что-то другое, теплое и настоящее.
Правда, въехав в Албанию по проселочной дороге из Черногории, я испытал буквально шок, выскочив затем в довольно большой город Шкодер. Дорога вдруг превратилась в широкую улицу, полностью заполненную гуляющими людьми и ... без работающих светофоров. Я тогда,медленно- медленно, пропуская, со страху и не понял - что это? В Бирате всё встало на свои места.
Когда-то в нашем военном городке, процветающем и ухоженном, ныне разрушенном и раскраденном, летом, в выходные, буквально все выходили гулять к Дому офицеров, к центровке.  Одевались, женщины прихорашивались и прогуливались. Разговаривая и осматривая друг-друга. Это было провинциально мило, но мне, по школьной юности, казалось смешным.Но теперь, в Бирате...
К вечеру триста метров « кафушной» центральной улочки стала « пешеходной». Толпа, спустившись с  возвышенностей города, колыхаясь, волнами, шла то в одну сторону, то обратно. Люди останавливались, говорили ни о чем, сплетничали,смотрели друг на друга...Я почувствовал в чем разница с нынешними «пешеходками» городов или их бульварами. Здесь они не были ни праздной толпой, ни сами по себе внутри её. Здесь эти человеческие теплые волны, где все знают друг друга и всё о каждом, были общиной, единым городом. Я снимал их на камеру радостно, тем более, что албанцы  - люди с достоинством и   самоуважением. Они никогда не подойдут и не спросят - а зачем  ты это снимаешь? Или, тем более - а почему ты снимаешь меня?
Жаль, что в этой стране пора еще серьезный языковой барьер для общения. Албанских славянских соседей, в целом,  понимаешь и так. Можно разговаривать. А я бы хотел не просто рядом с ними попить кофе, но  расспросить - как да что?
Иначе, это не страна, где ты был, а зримое повторение написанного в десятках путеводителей. Чтобы потом их же пересказывать своими словами. Тогда зачем ехать? Можно и  на видео посмотреть -  ноги в тазике с теплой водой.
Странно, но этот « биратский променад» стал для меня одним из самых сильных впечатлений об этой стране и ее людях. Безусловно, у них непростая  жизнь. А где « простая»? А, если это провинциальность, то она, как вдруг оказывается,общительна и вполне комфортна.
Как крестьянин  на допотопной машине, у которого я спросил, потерявшись, нужное направление. Он долго не понимал, но  потом « вел» за собой километров двадцать, согласился выпить " чего-нибудь" в ресторанчике на трассе, настоятельно приглашал куда-то в другую сторону к себе в дом « на арбузы» и которого я еле уговорил разрешить заплатить за его кофе...
.

Единственно важный...

Среди названий новых книг сегодня часто встречается глянец для молодых и не очень дур с главным современным посылом женщинам, цитирую, "научит жить вкусно и ярко, солнечно и интересно, навсегда избавиться от скуки и разочарований и начать вращать мир вокруг единственно важного человека в жизни - самой себя."
С самим собой они так и живут, и так же остаются.
Странно, но к мужчинам это тоже относится...

" Пантера" и " Форд"

Обед с миллионером
                                              Русский говорит отцу-еврею:
                                              - Отец одолжи мне денег.
                                              - У кого?


- Давай, я тебя познакомлю с русским миллионером? - спросил знакомый, живущий,  здесь, в Берлине, уже более десяти лет.  

Он удачно продал в Москве большую квартиру родителей, избавив себя и жену от обязательной необходимости работать, чтобы выживать, перевез стариков в Германию под убедителььным предлогом преимущества западного лечения,  бесплатного для пенсионеров- эмигрантов, направил их получить государственную квартирку  под знаменитый немецкий « социал» и радовался окружающему миру. 

И себе. 

Времена, когда люди гордились тем, что сами построили свою жизнь прошли, как паровозы и выглядели  смешно и глупо. Более того,это оказалось так же бессмысленно, как выстраивать свой путь и ехать не по стрелкам, нарываясь. Нужно направить себя конкретно на то, чтобы плыть по течению и  срывать бананы, брать, что лежит или лежит плохо. И  наслаждаться. Мир - это океан красивых вещей и обладание ими дает уважение других.

- А самоуважение?

 - И это тоже. Иметь то, чего у других нет. Или есть, но проще и дешевле. 

 

Мы сидели в кафе  недалеко от моей  гостиницы, то ли для туристов, то ли почасово - для любовников, пили кофе и я не очень понимал, зачем он мне все это расказывает. 

    - На работу за заработок ходят  неудачники, вырезающие  магазинные купоны со скидками, берущие кредиты на телевизор и откладывающие деньги на летний отпуск. Удачливые, деньги не зарабатывают, а делают. Сразу и много. А потом стараются их уберечь, чтоб другие не вырвали или государство не ограбило. Вот это и есть настоящая работа.

Он считал себя уже немцем, особенно когда выезжал из страны в Россию и небрежно оставлял щедрые чаевые.
Чаевые, они же тоже форма самоутвержения.

   - Ты не представляешь... - объяснял он - Миллионер приехал тридцать лет назад из каких-то Черновцов, крутился, но потом, на его счастье, русские начали выводить свою армию из Восточной Германии. Генералы рванули распродавать все, что можно, кроме Родины. Она ничего не стоит. Тогда он и поднялся, как многие, у кого хватило ума вовремя  оказаться здесь, по западную сторону  границы.  

   - А  что в нем интересного? Миллионер - это не показатель. Ну, вилла у него, а не квартира. Дорогая машина, а не  « Фольксваген». Унитаз золотой  вместо обычного. Какая разница, куда сливать воду. Главное, чтобы был своим и чистым...

    -  Да я не об этом.« Фишка» для тебя в том, что у него, пожалуй, самая лучшая среди русских в стране коллекция машин. И среди них -  уникальный кабриолет « Пантера»  и настоящий « Форд» 1928 года. Без единой новой детали. Причем, на ходу. Снимешь необычный сюжет в свою программу. Заодно и прокатишься - будет, что вспомнить.

Вот я теперь  и вспоминаю...

Уже поутру, у гостиницы , на тенистой берлинской улице, в центре, меня подобрал  шикарный кабриолет. Приятель, восхищенный до пунцовости, сидел рядом с водителем, миллионером, скромно одетым, но обутым во внушительное кольцо с бриллиантом. 

  -  Давайте мы сначала заедем в один их моих гаражей, под квартирой, - достойно предложил  хозяин машины, в рубашке с бабочкой и соломенном канотье, словно выплывший из столетней давности милого доброго « ретро» -  А потом прокатимся  по Берлину на настоящем « Форде». 

Коллекция раритетных  « Харлеев- Дэвидсонов» с серебристыми баками и позолоченными знаками и вправду оказалась замечательной. - Человек вправе  собирать то, что ему нравится. Кто-то - марки, кто-то пробки от бутылок, а кто-то  редкие машины. Всё зависит от возможностей и интереса, - рассказывал миллионер, и, вправду, не дурак -  Стремление к красоте - один из стимулов в жизни. Вот, например, эта модель... 

Я записывал  его пояснения и в их дыму рубил картинку, как дрова в свой паровоз, летящий вперед безоглядно и яростно. 


Collapse )

Кофе в постель

Полиция в аэропорту Бен-Гурион обратила внимание на необычную пассажирку, прилетающую в Израиль по несколько раз в месяц не более, чем на четыре-пять часов. При этом туристка, как правило, не имеет при себе багажа
После очередного прилета, полицейские установили наблюдение за россиянкой.

Живут же люди, вставшие с колен, в текущих трудах и заботах...

А вот,помню, один израильский министр, с которым мы были давно знакомы, обмолвился, что едет в рабочую поездку в Марокко.
-  А как тебе на хвост сесть? - наивно ( и вправду) спросил я - Вот бы сделать серию репортажей об этой  стране и тд. " Марокканцев" в Израиле много. Но как живут сегодня оставшиеся - интересно будет.
- На месте, в стране,  и я, и посольство тебе с советами, контактами и даже кое- где сопровождающим помочь сможем, - ответил министр.  - Но вот полет, через Париж, устраивай сам. Нам нельзя брать никого, кроме членов делегации визита. Скажут - подкупаем журналиста. А тебе тоже нельзя: если полетишь с нами в самолете, коллеги высмеят-  несолидно, сам понимаешь.  
И я понял.
Но, чем дольше живу, тем меньше понимаю. :)

 

Как прекрасен этот мир...

  - О, эта Канада, - мечтательно пропел Валера, ветеран спортивной журналистки, и разлил  нам « по пять грамм» водки, настоянной на кедровых орешках. Для запаха. Или наоборот, от него. Смотря, с кем потом придется иметь дело.
 - В первый день, в Монреале, я спросил там у знакомого русского, Мони из Днепропетровска - А когда у вас появляется клубника?
Дело было во второй половине июля, но на лотке, на улице, лежала она самая, сладкая и мясистая,  как продавщица.  У нас, в Киеве, в Украине, где палка в земле пускает ростки,  ягоды уже давно не было. Отошла, по сезону. А здесь, вроде гораздо северней...
И я спросил у Мони - Когда у вас, в Канаде, появляется клубника?
 - С восьми утра, - пожал плечами Моня - Когда же еще?
И Валера на всю жизнь влюбился в эту страну. И было за что.

 - Ты помнишь олимпийские игры в Монреале, летом 1976 года? - подчеркнуто риторически спросил он. Разве есть люди, жившие в период тех или иных олимпийских игр и не знающих о них? Валера этого не понимал.
 -  Не помню. Я тогда был в армии, у черта на куличках в Монголии. У нас была совсем другая жизнь. Наша. И другие игры.
 - Ну, да, - согласился Валера - А я полетел в Канаду  с украинской делегацией, как журналист. Вместе с женой, спортсменкой. Монреаль нас озолотил и подарил первую  машину в семье. По советским временам, большой дефицит. А началось все еще в полете. Жена, она спортсменка,ну ты понимаешь, говорить не о чем, и в этот раз меня не послушала. Все тащили на Олимпиаду черную икру, водку, пластинки.
  - Советские пластинки? - переспросил я, недоверчивый.
 - Ну, да. Какие же еще? Софию Ротару украинские канадцы расхватывали  по цене джинсов. Продукты брали с собой, почти сухари. На день государство нам выделило пятнадцать долларов, правда с отелем и завтраком.  Но что на эти деньги для дома- для семьи купишь? Вот и тащили с собой кто, что мог.  Короче, моя  спортсменка  вдруг в полете заявила, что сунула в сумку буханку черного хлеба. Какой хлеб? Надо было галеты брать. Их надолго хватит. А хлеб на третий день испортится. Отругал я ее. Но с хлеба этого и начались у нас  олимпийские радости. 

В первый же день в отель пришли местные украинцы, уже немолодые. Такая встреча была имени дружбы земляков. Нас, конечно, инструктировали как с ними себя вести. Но, главное, не брать литературу и порно, если будут предлагать. Они и не предлагали. А один, фермер из глубинки, вдруг стал спрашивать нас - А есть ли у кого кусочек родного украинского хлеба? Хоть черного, хоть белого. Я и сказал, что есть. Думал, поделиться. А он, как  целую буханку увидел, весь затрясся и  говорит, мол, продайте. -  Сколько? - говорю.  И он выложил... триста канадских долларов. Богатый, видно, фермер. Здесь же, сразу, и отстегнул, заветные. Так мы друг друга и осчастливили.
Collapse )